вторник, 21 июня 2016 г.

Беларусь. Покупатель провел экспертизу полученного груза, и было установлено, что груз испорчен. Предъявил иск, не поставщику, а перевозчику. Перевозчику, в соответствии с применимым к отношениям законодательству, нужно было доказать, что им не были нарушены правила осуществления перевозки, в частности, что им был соблюден температурный режим. При разрешении вопроса о доказанности (недоказанности) соблюдения температурного режима суд принял во внимание, что имеется письмо обслуживающей организации о том, что внутренний регистратор температуры автомобиля поврежден. Также то, что у ответчика отсутствуют документы об освидетельствовании специального транспортного средства, предназначенного для международных перевозок скоропортящихся продуктов. Суд удовлетворил иск получателя груза несмотря на то, что в деле имелся факт, что груз, переданный грузополучателю, находился у него сутки, а затем была произведена экспертиза груза. Что не исключало возможность порчи груза в период нахождения у получателя груза. При обращении внимания на данный вопрос было установлено, что водитель перевозчика подписал соответствующий акт, где было указано о порче груза. Отметим, что в данном деле в предмет доказывая не входили обстоятельства: а) качество груза во время передачи от продавца перевозчику; б) условия хранения груза у грузополучателя до проведения экспертизы.



ПОСТАНОВЛЕНИЕ АПЕЛЛЯЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СУДА БРЕСТСКОЙ ОБЛАСТИ
25 апреля 2016 г. (дело № 282-9/2015/122А)

Апелляционная инстанция экономического суда Брестской области с участием представителя ответчика П. – адвоката (доверенность в деле), третьего лица М., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя С. (далее – ИП С.) на решение экономического суда Брестской области от 14.03.2016 по иску частного торгового унитарного предприятия «О» к ИП С., с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, на стороне ответчика, – М. о взыскании 33 845 628 руб. в возмещение убытков и процентов

установила:

Решением экономического суда Брестской области от 14.03.2016 по делу № 282-9/2015 взыскано с ИП С. (далее – ответчик) в пользу частного торгового унитарного предприятия «О» (далее – истец) 22 707 270 руб. в возмещение убытков, 412 084 руб. процентов и 1 844 316 руб. расходов по госпошлине, в остальной части иска отказано.
Не согласившись с указанным решением, ответчик подал на него апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить в части взыскания 22 707 270 руб. в возмещение убытков, 412 084 руб. процентов и отказать в удовлетворении исковых требований.
Истец в отзыве на апелляционную жалобу просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
В судебном заседании объявлены перерывы до 25.04.2016 до 12.00.
Третье лицо согласно с доводами апелляционной жалобы.
В судебном заседании представитель ответчика и третье лицо свои доводы поддержали.
Статьей 277 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – ХПК) определено, что суд апелляционной инстанции на основании апелляционной жалобы (протеста) повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.
Суд апелляционной инстанции независимо от доводов, изложенных в апелляционной жалобе (протесте), проверяет, не допущены ли судом первой инстанции нарушения норм процессуального права, являющиеся в любом случае основанием для отмены судебного постановления.
В силу статьи 280 ХПК основаниями для изменения или отмены судебного постановления суда первой инстанции являются: неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, которые суд посчитал установленными; несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального и (или) процессуального права. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права являются основаниями для изменения или отмены судебного постановления суда первой инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного судебного постановления.
Изучив материалы дела, доводы апеллянта, изложенные в апелляционной жалобе, отзыв истца на апелляционную жалобу, заслушав пояснения представителя ответчика и третьего лица в судебном заседании, экономический суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене.
Ответчик с вынесенным судом первой инстанции решением в обжалуемой части не согласен и просит суд апелляционной инстанции его отменить, считая его незаконным и необоснованным. По мнению апеллянта, судом неполно исследованы обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, суд посчитал установленными недоказанные обстоятельства, имеющие значение для дела. Апеллянт полагает, что судом необоснованно не принято во внимание, что непосредственная приемка груза и ее надлежащее оформление проводились представителем грузополучателя и водителем М. лишь 05.08.2015, несмотря на то, что груз прибыл в место разгрузки и был сдан грузополучателю 04.08.2015, при внешнем осмотре груза 04.08.2015 представителями грузополучателя не было предъявлено претензий к качеству груза, перевозчик не мог с данного момента обеспечить сохранность груза, так как сдал его грузополучателю. Груз был сдан грузополучателю в летнее время, в связи с чем температура хранения явно была выше, чем установленная для надлежащего хранения салатных смесей, являющихся скоропортящимся товарами, поэтому полагает, что салатные смеси, фактически принятые грузополучателем 04.08.2015, могли утратить свои качественные свойства в период нахождения у грузополучателя после его фактической сдачи. Грузополучателем не представлено доказательств, что 04.08.2015 груз прибыл в несохранности. Судом не установлены обстоятельства, позволяющие достоверно установить условия хранения груза на территории грузополучателя в период с момента фактической передачи груза 04.08.2015 до его приемки 05.08.2015, вина перевозчика в порче груза не доказана грузополучателем. Акт от 05.08.2015 о несохранности груза при автомобильной перевозке подписан неуполномоченным лицом, водитель М. не был уполномочен соответствующим документом на подписание от имени ответчика каких-либо документов, имеющих юридическое значение, водитель лишь фактически доставил груз истцу, и, не разбираясь в ситуации, подписал то, что ему предложили представители истца, не изложив ответчику конкретных претензий, возникших у истца в результате обнаружения несохранности груза. Полагает, что в связи с данным обстоятельством акт о несохранности груза от 05.08.2015 не может быть принят в качестве надлежащего доказательства по делу как документ, подписанный неуполномоченным лицом.
Истец не согласился с апелляционной жалобой и в отзыве указал, что довод ответчика о том, что непосредственная приемка груза и ее надлежащее оформление проводились лишь 05.08.2015, а фактически груз был сдан грузополучателю 04.08.2015, не подтвержден никакими документальными доказательствами. Водитель М. подписал акт на приемку товара, не выразив возражений по поводу задержки. В судебном заседании водитель М. дал пояснения, что он по телефону сообщил ИП С. о претензиях истца к качеству груза, однако ИП С. не заявил истцу об отсутствии у М. полномочий, а даже давал указания водителю, как поступать. Из этого явствует, что у водителя М. были полномочия представлять ИИ С. и подписывать от его имени документы, имеющие юридическое значение. Непонятно, как ответчик намеревался передать груз грузополучателю, если бы водитель М. не был уполномочен подписывать какие-либо документы от имени ответчика, сам лично ИП С. не прибыл для сдачи груза грузополучателю.
Третье лицо в судебном заседании пояснило, что акт был подписан им без ознакомления, 05.08.2015 ему была представлена одна упаковка с грузом, на вид ненадлежащего качества.
Доводы апеллянта несостоятельны в силу следующего.
В соответствии со статьей 100 ХПК каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законодательством.
Истец подал иск о взыскании 33 044 212 руб. в возмещение убытков и 801 416 руб. процентов ввиду ненадлежащего исполнения обязательства по перевозке груза: 8 310 272 руб. (эквивалент 419,32 евро на 22.09.2015) – стоимость испорченного перевозившегося ответчиком груза (товара), 3 964 576 руб. – величина таможенных платежей (таможенная пошлина, налог на добавленную стоимость), уплаченных истцом при ввозе испорченного товара на территорию Республики Беларусь, 3 041 064 руб. – 76 % (доля испорченного товара исходя из количества единиц всего ввезенного товара) от суммы, уплаченной истцом при оформлении документов при возе товара на территорию Республики Беларусь (410 000 руб. – за размещение товаров в зоне таможенного контроля, 205 200 руб. – за досмотр подкарантинных товаров, 2 425 464 руб. – за услуги таможенного оформления), 17 728 300 руб. – денежные средства, перечисленные ответчику в порядке предоплаты за перевозку товара, проценты, начисленные за период с 04.08.2015 по 15.10.2015 исходя из ставки рефинансирования Национального банка Республики Беларусь 25 % годовых на сумму предоплаты 17 728 300 руб.
Ответчик иск не признал, указав, что испортившийся груз (товар) относится к категории скоропортящегося, что является фактором риска внезапной порчи груза из-за свойств самого груза, фактически груз был сдан истцу 04.08.2015, а оформление приемки происходило 05.08.2015, и неизвестно, в каких условиях осуществлялось хранение груза с момента его выдачи до момента приемки, водитель М. не является уполномоченным лицом от имени ИП С.
Суд первой инстанции взыскал с ответчика убытки в виде стоимости испорченного товара в размере 8 310 272 руб., 9 863 000 руб. в возврат провозной платы, 412 084 руб. процентов, уплаченные таможенные сборы и пошлины за испорченный груз в сумме 3 964 576 руб., 379 615 руб. – за размещение товаров в зоне таможенного контроля, 189 807 руб. – за досмотр подкарантинных товаров, что соответствует доле понесенных истцом расходов, равной 70,299 % от стоимости (по инвойсу) всех ввезенных товаров, отказал во взыскании 2 425 464 руб. за услуги таможенного оформления, поскольку возмещение таких убытков Конвенцией о договоре международной дорожной перевозки грузов (далее – КДПГ, Конвенция) не предусмотрено.
Согласно статье 288 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда, неосновательного обогащения и из иных оснований, указанных в ГК и других актах законодательства.
В силу статьи 290 ГК обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства.
Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, между сторонами был заключен договор от 27.07.2015, в соответствии с которым и условиями заявки ответчик осуществил перевозку груза (продукты питания) по маршруту: Манербио (Италия) – Минск (Беларусь) автомобилем «Мерседес» по накладной CMR от 31.07.2015 и инвойсу от 31.07.2015. Стоимость перевозки сторонами определена в 1600 евро. Истец являлся заказчиком перевозки и грузополучателем; им произведена полная оплата стоимости товара поставщику и понесены все расходы, связанные с ввозом товара на территорию Республики Беларусь и его таможенным оформлением; договором (заявкой) за выполнение перевозки установлена плата в белорусских рублях в размере, эквивалентном 1600 евро по курсу Национального банка Республики Беларусь на день оплаты. Истец платежным поручением от 27.07.2015 перечислил ответчику 13 240 800 руб., что на дату платежа составляет эквивалент 800 евро (50 % от стоимости услуг перевозчика), а также в счет оплаты за выполнение перевозки ответчиком получено от истца 3 787 500 руб. и 700 000 руб.
Согласно условиям заявки перевозка осуществляется при температуре +2 – +6 °С, в накладной CMR имеется указание о температуре +4 – +5 °С. Накладная CMR от 31.07.2015 содержит отметку о том, что груз принят с составлением акта. Из содержания акта от 05.08.2015 на приемку товара на склад грузополучателя, акта от 05.08.2015 о несохранности груза при автомобильной перевозке, подписанных водителем ответчика М., а также протокола от 07.08.2015 ГУ «Городской центр гигиены и эпидемиологии» следует, что часть груза (салатные смеси) в полном объеме испорчена.
Пунктом 1 статьи 1 КДПГ определено, что данная Конвенция применяется ко всякому договору дорожной перевозки грузов за вознаграждение посредством автомобилей, когда указанные в договоре место принятия к перевозке груза и место, предусмотренное для сдачи груза, находятся на территории двух различных стран, из которых по крайней мере одна является участвующей в Конвенции. Применение Конвенции не зависит от местожительства и национальности заключающих договор сторон.
В связи с вышеизложенным к данным правоотношениям сторон применяются условия КДПГ.
Согласно пункту 4 статьи 18 Конвенции КДПГ если перевозка производится посредством автомобиля, оборудованного так, чтобы груз не подвергался влиянию тепла, холода, изменений температуры или влаги воздуха, транспортер может ссылаться на подпункт d) пункта 4 статьи 17 (то есть на освобождение от ответственности за порчу груза ввиду свойств самого груза) лишь в том случае, если докажет, что все меры, которые он обязан принять, учитывая обстоятельства, были им приняты в отношении выбора, содержания и использования вышеупомянутых установок и что он придерживался данных ему специальных инструкций.
Подпунктом d) пункта 4 статьи 17 КДПГ определено, что с соблюдением постановлений, содержащихся в пунктах 2 и 5 статьи 18, транспортер освобождается от лежащей на нем ответственности, когда потеря или повреждение груза являются следствием особого риска, неразрывно связанного с характером некоторых грузов, подверженным по свойствам, обусловленным таким характером их, полной или частичной гибели или повреждению от поломки, ржавления, внезапного гниения, усушки, убыли, нормальной утечки или действия паразитов и грызунов.
Ответчик не представил достоверных доказательств соблюдения условия перевозки относительно температурного режима. В материалах дела имеется письмо обслуживающей организации о том, что внутренний регистратор температуры автомобиля марки «Мерседес» поврежден. У ответчика отсутствуют документы об освидетельствовании специального транспортного средства, предназначенного для международных перевозок скоропортящихся продуктов в соответствии с постановлением Министерства транспорта и коммуникаций Республики Беларусь от 03.11.2003 № 52.
Обстоятельства и результат приемки груза подтверждается актами от 05.08.2015 на приемку товара на склад грузополучателя и о несохранности груза при автомобильной перевозке, подписанными истцом и представителем ответчика, третьим лицом.
Ссылки ответчика и третьего лица на возможную порчу груза во время его хранения на складе в ночь на 05.08.2015 основаны на предположениях и никакими объективными доказательствами не подтверждаются.
Отношения ИП С. и третьего лица М. урегулированы договором от 25.06.2015.
По пояснению представителя ответчика и третьего лица, М. в качестве водителя ответчика осуществил доставку груза истцу в рамках соблюдения условий труда и отдыха ответчика как водителя.
В соответствии со статьей 183 ГК М. является полномочным представителем ИП С., поскольку тот фактически доставил и выдал истцу груз, указанный в заявке на перевозку, на согласованном сторонами автомобиле. По-иному ответчик не смог доставить и сдать груз истцу.
Согласно пункту 1 статьи 17 КДПГ транспортер несет ответственность за полную или частичную потерю груза или за его повреждение, происшедшее в промежуток времени между принятием груза к перевозке и его сдачей, а также за просрочку доставки.
Пунктом 2 статьи 17 КДПГ определено, что транспортер освобождается от этой ответственности, если потеря груза, его повреждение или просрочка с доставкой произошли по вине правомочного по договору лица, вследствие приказа последнего, не вызванного какой-либо виной транспортера, каким-либо дефектом самого груза или обстоятельствами, избегнуть которых транспортер не мог и последствия которых он не мог предотвратить.
Согласно пунктам 1, 4 статьи 23 КДПГ когда согласно постановлениям данной Конвенции транспортер обязан возместить ущерб, вызванный полной или частичной потерей груза, размер подлежащей возмещению суммы определяется на основании стоимости груза в месте и во время принятия его для перевозки; кроме того, подлежат возмещению: плата за перевозку, таможенные сборы и пошлины, а также прочие расходы, связанные с перевозкой груза, полностью в случае потери всего груза и в пропорции, соответствующей размеру ущерба при частичной потере; иной убыток возмещению не подлежит.
Подпункт b) пункта 1 статьи 8 КДПГ предписывает транспортеру при принятии груза обязанность проверки внешнего состояния груза и его упаковки.
Накладная CMR от 31.07.2015 не содержит никаких оговорок ответчика (транспортера) относительно внешнего состояния груза и его упаковки.
В связи с этим правомерен вывод суда первой инстанции о том, что ответчик не доказал наличие особых рисков, указанных в пунктах 2 и 4 статьи 17, поэтому должен нести ответственность в соответствии с пунктом 1 статьи 17 КДПГ.
Суд первой инстанции правомерно определил, что по инвойсу от 31.07.2015 общая стоимость салатных смесей составляет 419,32 евро, в связи с чем требования истца о взыскании с ответчика убытков в виде стоимости испорченного товара в размере 8 310 272 руб. (эквивалент 419,32 евро) являются правомерными и подлежат удовлетворению в заявленной сумме, общая стоимость перевозившегося груза составляет 596,48 евро, стоимость утраченного груза составляет 70,299 %, поэтому по результатам выполненной перевозки истец должен оплатить ответчику 29,701 % от предусмотренной договором платы – 9 863 000 руб.
Согласно пункту 1 статьи 366 ГК за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется ставкой рефинансирования Национального банка Республики Беларусь на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части, за исключением взыскания долга в судебном порядке, когда суд удовлетворяет требование кредитора исходя из ставки рефинансирования Национального банка на день вынесения решения.
Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законодательством или договором.
В случае, если денежное обязательство в соответствии с законодательством подлежит оплате в белорусских рублях в размере, эквивалентном определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах, проценты начисляются на подлежащую оплате сумму в белорусских рублях, определенную по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день исполнения денежного обязательства либо его соответствующей части, а в случае взыскания долга в судебном порядке – на день вынесения решения судом.
Принимая во внимание, что претензию о возмещении убытков ответчик получил от истца 08.08.2015, исходя из требований истца о взыскании процентов, начисленных на сумму 9 863 000 руб. за период с 09.08.2015 по 15.10.2015, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о взыскании 412 084 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.
На основании пункта 4 статьи 23 КДПГ суд первой инстанции правомерно сделал вывод о том, что требования истца о возмещении убытков в виде уплаченных таможенных сборов и пошлин за испорченный груз в сумме 3 964 576 руб., 379 615 руб. – за размещение товаров в зоне таможенного контроля, 189 807 руб. – за досмотр подкарантинных товаров соответствует доле понесенных истцом расходов, равной 70,299 % от стоимости (по инвойсу) всех ввезенных товаров, обоснованны, и отказал в во взыскании 2 425 464 руб. за услуги таможенного оформления, поскольку возмещение таких убытков КДПГ не предусмотрено.
В соответствии со статьей 133 ХПК судебные расходы в виде госпошлины распределены судом первой инстанции между истцом и ответчиком пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.
Таким образом, судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы имеющие существенное значение для правильного разрешения дела обстоятельства, всем фактам, доводам дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права при вынесении обжалуемого судебного постановления не допущено, что свидетельствует о его законности и обоснованности.
При таких обстоятельствах доводы апеллянта несостоятельны.
С учетом изложенного решение суда первой инстанции по делу является законным и обоснованным, в связи с чем решение суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу ИП С. – без удовлетворения. Расходы по госпошлине по апелляционной жалобе следует отнести на апеллянта.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 126, 133, 276–279, 281 ХПК, апелляционная инстанция

постановила:

Решение экономического суда Брестской области от 14.03.2016 по делу № 282-9/2015 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ИП С. – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу с момента принятия, может быть обжаловано (опротестовано) в течение одного месяца со дня вступления в законную силу в кассационную инстанцию Верховного Суда Республики Беларусь через экономический суд Брестской области в порядке, установленном статьями 282–286 ХПК.